«ВИКИНГ». МИР ЦВЕТА ГРЯЗИ
Автор: Елизавета Дворецкая

Фильм «Викинг», несмотря на массированную рекламу, вызвал шквал критики. Картина, должно быть, задумывалась как сага о приходе христианства, но получилась чем-то противоположным — очернением Руси как таковой. И Руси, и нашей истории, и наших предков. Об этом статья Елизаветы Дворецкой.

СЕРИЯ ПЕРВАЯ
О СЮЖЕТЕ И ЛОГИКЕ ДЕЙСТВИЯ
Из просмотра первых сорока минут фильма я вынесла столько впечатлений, что больше за один раз просто бы не выдержала. Здесь было вычеркнутое рассуждение на тему «куда девали такие деньги», но поскольку я не знаю, как снимается кино и что там сколько стоит, от него я решила воздержаться.
Переходим сразу к результату.
Зубромамонт, проходящий по разряду «чудовисче», был хорош. Как и попытка кого-то из охотников пойти на него с каролингом. Но тут же началось недоумение. Я лучше многих других понимаю, как сильно летописные версии событий, записанные сто лет спустя по народным преданиям, могут отличаться от реальности, поэтому не отказываю художнику в праве по-своему трактовать события. С двумя условиями: в авторской версии событий должна быть внутренняя логика, и в конечном итоге они должны привести к тому историческому результату, в котором наука не сомневается.
Итак, мы видим Олега Святославича, мужчину примерно тридцати шести лет. Его брата Ярополка с седеющей бородой, лет сорока с лишним. История с Рогнедой произошла (по летописной версии, которую мы сейчас примем, так как перед нами как бы экранизация событий «Повести временных лет») в 980 году. Святослав родился в 942 году. Останься он жив, ему было бы тридцать восемь лет. Святославу! А тут его старшему сыну явно больше. И второму тоже. Как так?
Олег и люди Ярополка охотились перед свадьбой Олега с Рогнедой (да, так). Ярополку невесты не надо, у него, хрена старого, есть в Киеве жена Ирина и ожидается ребенок. Первый и единственный.
Охотятся обе партии под Полоцком, то есть во владениях Рогволода, для них — чужих. Ссорятся из-за зубромамонта, и Олег, неумный, но бешеный, убивает человека Ярополка. Ну, так, чтобы не трындел. Потом спасается бегством в Полоцк и в легкой давке из местного населения (тоже цвета грязи) падает в ров, проломив с конем ограждение. Типичный несчастный случай.
Ярополка там еще близко не было. И битвы меж ними не было. Если с кого и спрашивать, то с Рогволода, который совершенно запустил свои укрепления и напрочь забыл о технике безопасности. Но нет. Сначала за смерть Олега Ярополк предъявляет претензию Свенельду, который, видимо, этого возрастного болвана должен был всегда и везде бережно носить на руках.
Ну а потом Владимир, которого Свенельд привел из Новгорода, то же дело вешает на Ярополка: «Ярополк Олега убил», — и берет на себя долг мести. Вот это что было? Нам хотели сказать, что Владимир, подлец такой, просто повесил собак на брата, дабы иметь предлог самому совершить братоубийство? Вот это странное существо (лет тридцати на вид), которое слоняется по грязному двору под кайфом, завесив лицо волосами, и явно плохо понимает, где оно и зачем? И мир вокруг такой расплывчатый…
Да, в нашем кинотеатре идет лишь версия +12, поэтому мы видели только, как Рогнеда ложится на пол, а потом сразу Владимир, без сапог, которые она с него сняла, и без носков (а что это?) лежит посреди двора под снегопадом в позе эмбриона. Ну да, холодно же. Зима как-никак. Видимо, под кайфом от мухоморовки оприходовал деву, не снимая штанов (как рассказали люди, видевшие взрослую версию), вышел освежиться, да и заснул. Своих людей у него нет, чтобы подняли и хоть под крышу занесли, а Свенельд, видимо, отвлекся — Рогволода с женой убивал (за что?) и трупы на троны сажал. Как Владимир с голыми пятками за ночь зимой дуба не дал — видимо, та же мухоморовка согрела.
Потом викинги, прямо на своих Осебергах, на которых они, видимо, прямо из Норвегии приплыли в Полоцк, явились в Киев. То есть сперва через пороги на Волхове, потом через волоки на Западную Двину, потом через полную каменистых мелей Западную Двину в Полоцк, потом обратно через волоки на Днепр, и тут уж им, конечно, ничто не мешало спуститься до Киева.
Где Киев? Где столица державы на горах? Нету. Есть щелястые крепостные ворота. Да, через щели светит. Миновали жуткого вида святилище, где трупы копытных висят на цепях, попали на княжий двор. Мрачный сарай, зато двухэтажный, с галереей и балясинами. В любом пивном ресторане деревянные столы лучше, чем здесь у князя.
Одолжили бы для съемок, что ли?
Размера царское помещение такого, что человек тридцать за столы с двух сторон усядется, но не больше. Ярополка там нет — он просто взял и ушел в поле. И никого нет, кроме безумных жриц. А, нет, есть еще Ирина, жена Ярополка. Ее спрашивают, как ты сюда попала, она отвечает: «Ярополк отправил меня в Корсунь на всякий случай». Типа, шла в комнату, попала в другую.
Уезжая из Киева обороняться в поле, Ярополк отправил жену в Корсунь, но она вот в Киеве, а он в поле. Переживает, поди…
Довольно скоро Ярополк приезжает мириться, идет к брату Вове, распахнув объятия, и получает двумя мечами под ребра. В этот момент брат Вова решает все-таки его обнять на прощание, они падают на пол и некоторое время там непристойно барахтаются, то один сверху, то другой — два мужика, один из которых умирает, а второй пропитывается его кровью с головы до ног.
Ну а потом два десятка чумазых викингов, говорящих примерно по-шведски, встают ногами на столы, за которыми только что жрали, не умыв своих чумазых морд, и провозглашают Владимира князем всея Руси. Какое население, зачем?
Это было индийское кино (зачеркнуто), часть сценария фильма с миллиардным бюджетом.

СЕРИЯ ВТОРАЯ
ОБ ИСТОРИЧЕСКОЙ ДОСТОВЕРНОСТИ
Вот сейчас зима, на дворе минус двадцать, и снег лежит. Подходит к вам человек и говорит: «Ой, ну и жара на улице, я прямо взмок!» Смотришь на него: прикалывается? Или в заблуждение вас вводит? Или просто сумасшедший? Эй, есть кому за ним приглядеть, а то сейчас выйдет на минус двадцать в майке и в шортах, да и кирдыкс чучундре…
Это к заявлениям создателей, будто фильм — «кинодокумент эпохи». Вот они что этим хотели сказать? Прикалываются? Дороговат прикол выходит… Но это в точности как в минус двадцать твердить о жаре.
Почему я рассердилась на увиденное куда меньше, чем ожидала: потому что, глядя на это, я эпохи не узнавала во-об-ще. Это чистое, незамутненное, неразбавленное фэнтези. Действие происходит в другом мире. Может, в «Играх Престолов», может, в сериале «Викинги» (это вероятнее). Но историческая Древняя Русь даже рядом не стояла. На выстрел не подходила.
Это кто сейчас сказал? Кто сказал: «А кто знает, как было?» Историческая наука в России существует лет двести, если считать с Карамзина. Археология — лет сто пятьдесят. Историческая реконструкция — лет двадцать. Специалисты по теме знают, как еще несовершенны наши знания об эпохе. Но, тем не менее, выстроить убедительную картину матчасти — одежды, оружия, построек — вполне себе эти науки и движения способны. И искать уже ничего не надо. Все материалы готовы. Придите и возьмите.
Никто бы не осудил художников, если бы они ради красоты сделали стилизации исторических предметов, одежд, украшений. Я сама иногда придумываю амулеты, для которых нет аналогов в находках. Но основа-то, от которой отступать, должна быть историчной. Однако в данном случае делать исторически убедительную картинку никто не собирался. Не думал даже.
Создатели фильма делали «условный мир средневековых варваров». Редко когда мелькнет маленькая фибула, похожая на настоящую. Все одеяния просто нарисованы по представлениям современного обывателя о том, как должны выглядеть варвары. Чумазые лица, спутанные волосы, кожаные жилетки с накладками и на каждом — мех ворсом наружу. Не могут варвары быть не чумазые, не лохматые и без меха на плечах. Никто же не догадается! Они должны садиться жрать за княжий стол, не умыв черных рож. Варвары не умываются.
И поэтому вместо кинодокумента эпохи получился абсолютно фэнтезийный мир. Я даже не чувствую обиды за родную державу, потому что это же просто не она. Нет никаких пересечений с реальностью, которые заставили бы увидеть в этом мире цвета грязи нашу Древнюю Русь.
Но вопрос остается: они прикалывались? Пытались ввести нас в заблуждение? Скорее все-таки второе… И людям обидно, потому что им сказали, будто это и есть Древняя Русь, а ведь не всем очевидно, что это неправда.

СЕРИЯ ТРЕТЬЯ
ОБ УСТАНОВКАХ
Успели мы повидать святилище — болванов, вызывающих ассоциации с чем-то африканским, обитых полосами ржавого металла. Ржавого, Карл, в главном княжеском святилище державы. Населяют его жрицы, одетые в балахоны цвета грязи, с обритыми головами и выпученными глазами, как у психически больных. Навевают мысли об узницах нацистских концлагерей. Служительницы, так сказать, языческого культа.
Кто сейчас сказал: «Так все и было»? Не было так. Нам известны некоторые изображения древнерусских служительниц культа (на створчатых браслетах и в летописных миниатюрах). Это девушки с длинными волосами и в ритуальной одежде с длинными рукавами (хотя такую они, конечно, носили не всегда).
Многочисленные фольклорные материалы свидетельствуют, что волосам в древности приписывалась огромная магическая сила, с этим связано много поверий: замужняя женщина скрывает волосы полностью, а иные магические обряды творятся, наоборот, с распущенными волосами. Поэтому лысая жрица профнепригодна — как безногая балерина. Установить это было несложно. Как и то, что если замужняя Ирина будет ходить с челочкой и уже как бы замужняя Рогнеда — с распущенными волосами, то их побьют, дабы не навлекали несчастье на весь город. Или побили бы, если бы в этом мире было население, кроме князей и наемных шведов. Этим-то, конечно, на все плевать.
Но даже если создатели «кинодокумента» не копали так глубоко, чтобы открыть пару книг, у них тем не менее оставался выбор трактовок. И что они выбрали? А выбрали они наиболее уродливый, наиболее отталкивающий образ — и жриц, и княжеских одежд (цвета грязи), и Руси в целом. Как вся вот эта грязь, кровь, тусклость, бесцветность мира, истеричность и нелогичность поведения персонажей. Потому что надо было показать, что Русь до крещения — грязь и уродство. Мухоморовое безумие. Безумен и подл человек, которому мухоморовка заменяет моральные ориентиры. «Но выход есть!» (с)
Теперь выводы. Право художника на свободу творчества никто не отменял, но прав без обязанностей не бывает. И если делается кино, во-первых, по отечественной истории, а во-вторых, на государственные деньги, это на любого творца накладывает как минимум одно несомненное обязательство. Его произведение должно быть сделано из любви к этой самой истории. Ради любви. С любовью. Это не значит, что надо смотреть на прошлое через розовые очки. Но даже в тяжелых событиях суровой эпохи должна быть видна любовь к своей стране и уважение к ее прошлому.
У художника множество способов выразить свое отношение к предмету, и когда этот предмет — былое родины, это отношение должно быть любовь. И ничто иное.
Но творцам это была не родина. Они рисовали мир цвета грязи, скудно населенный человечками цвета грязи, а нам сказали, будто это — наша родина.
Я знаю, кто сказал «хорошее православное кино». Уважаемые, культурные люди сказали, что особенно грустно. Но, господа. Держава, которую Владимир крестил, не упала ему с неба прямо в руки в готовом виде. Державы этой в фильме-то особо и не видно: ни Новгорода, ни чего-либо между щелястыми сараями как бы Полоцка и как бы Киева.
Но она в реальности была — держава от Балтийского моря до Черного. И ее по кусочкам собирали несколько поколений князей-язычников: Олег Вещий, Игорь, Ольга (в основной период своей деятельности), Святослав, тот же Владимир до крещения. И как железную дорогу строил не граф Клейнмихель, а те, кто делал насыпь и клал шпалы, так и державу собирали поколения простых людей-язычников. И если бы не они, то никакого сватовства к сестре византийских императоров не было бы. И представлять эти поколения малозаметной кучкой грязи — как минимум неблагодарность, снобизм и ограниченность.
Если вот это убожество называть удачей отечественного кинематографа, закрывать глаза на все нелепости ради идеи «язычество — грязь», которая как таковая глубоко несправедлива, — это значит не сделать чести ни себе, ни православному искусству.
За первую неделю проката фильм собрал почти 900 миллионов. Это, говорят, радостная тенденция: отечественный зритель пошел на отечественное кино. Я все-таки буду надеяться, что отечественный зритель, идя в кино, хочет увидеть на экране выражение любви к родине, а не человечков цвета грязи. В фильме «28 панфиловцев» тоже кругом снег, земля и копоть на лицах — но это фильм о любви к родине, побеждающей смерть.
Иная тенденция будет, как бы сказать, несовременной.

В БАНЮ, В БАНЮ!
Вот чисто в идеале, проекты такого рода — по отечественной истории, на государственные деньги, причем большие — должны утверждаться худсоветом еще на стадии сценария. Советом из ученых и деятелей искусства, которые смогут оценить и достоверность, и художественность, и даже идеологическую составляющую. Хотя бы на том уровне, любовь к родине внушает фильм или отвращение.
И уж совсем на уровне мечты — мало привлекать консультанта по истории. Для сценария нужен специалист с опытом художественной обработки исторического материала. Который «моделировать языческое сознание» будет не с нуля и уже знает, что в ту эпоху логично и оправдано, а что дико и нелепо с точки зрения поведения персонажа.

Окончание читать – тут:

Фотогалерея: