1 января 1969 состоялась премьера мультфильма «Ну, погоди!»

Источник
(Из интервью с Александром Курляндским, одним из сценаристов мультсериала «Ну, погоди!»)
— «Ну, погоди!» был вашим дебютом в мультипликации?
АЛЕКСАНДР КУРЛЯНДСКИЙ: Да, только самые первые мультики про волка и зайца не были похожи на всем знакомый мультсериал. Снял их режиссер-дебютант Геннадий Сокольский для альманаха «Веселая карусель». Там идея была та же — погоня волка за зайцем, но выглядели герои иначе. А заяц вообще был маленьким ребенком, которого мама-зайчиха возила в колясочке. На «Союзмультфильме» заподозрили, что история с такой погоней будет иметь успех и о ней можно снять много выпусков, но доверить это новичку, видимо, побоялись. Тогда за дело взялся Вячеслав Котеночкин. Помню, посмотрев первый выпуск, сделанный Котеночкиным, мы с Хайтом и Феликсом Камовым, нашим соавтором, вышли из зала в полном молчании. Нам казалось, что это жуткий провал. Нам в то время очень нравились польские мультфильмы, которые были сделаны более изящно. Но мы же не могли диктовать свой вкус режиссеру! Ведь в этой части все решает он и художник. Я, когда пишу, могу представлять себе героев одними, а режиссер их сделает какими-то совсем другими. Поэтому всегда страшно первый раз смотреть мультфильм по своему сценарию.

— Когда вы поняли, что «Ну, погоди!» — это не провал, а совсем наоборот?
АЛЕКСАНДР КУРЛЯНДСКИЙ: Когда мы написали сценарий третьей серии. В стране быстро началась «нупогодимания», и мы поняли, что на самом деле это идеальное режиссерское попадание. Помню, как в редакции журнала «Юность» мы поспорили с Викторией Токаревой. Она утверждала, что «Ну, погоди!» никто не знает, мы же говорили: «Вот спроси у первого встречного, и он ответит: «Конечно, смотрел!» Чтобы не быть теоретиками, действительно вышли на улицу ловить первого встречного — и сразу наткнулись на подвыпившего Юза Алешковского, выходившего из ресторана Дома кино. Мы не знали его лично, но у нас были общие знакомые. Вика не стала отступать от плана и спросила Юза про «Ну, погоди!». Писатель удивленно взглянул на нее, сказал что-то остроумно-неприличное и ушел. Так что спор никто не выиграл.

Феликс Камов, с которым мы написали сценарий первых семи серий, эмигрировал, и «Ну, погоди!» прикрыли. Но когда Анатолию Папанову вручали в Кремле какую-то награду, Николай Викторович Подгорный спросил его: «А почему «Ну, погоди!» не выходит?» — «Так один автор в Израиль уехал». — ответил Папанов. Подгорный удивился: «Но многие же и остались!»

А потом добавил: «Учтите, мне этот фильм нравится, моим детям…» И совсем тихо: «И товарищам тоже». Когда Папанов рассказал это на «Союзмультфильме», все поняли, о каких товарищах говорил председатель Президиума Верховного Совета, и мы с Хайтом стали придумывать новые приключения волка и зайца. Нупогодишную популярность мы всегда воспринимали с иронией: ну есть и есть. Капустники, рассказы, детские пьесы были для нас важнее. К мультфильмам мы относились скорее как к ремесленной работе. Хотя я понимаю, что не каждый способен придумывать смешные трюки в нужном количестве и качестве.

Фотогалерея: