ГЕРОЙ РОССИИ АНАТОЛИЙ САВЕЛЬЕВ. ОН ПРОШЕЛ ВСЕ ТОГДАШНИЕ ГОРЯЧИЕ ТОЧКИ, ВКЛЮЧАЯ АФГАН (ТРИЖДЫ), А ПОГИБ В МОСКВЕ В КАНУН ДНЯ СОТРУДНИКА ГОСБЕЗОПАСНОСТИ

Это произошло тем вечером, когда в Москве сотрудники ФСБ отмечали свой профессиональный праздник — «День чекиста». Уже отзвучали полагающиеся речи, были вручены награды. Начался концерт. Неожиданно руководители ФСБ, сидевшие в первых рядах, поднялись со своих мест и покинули зал. Нетрудно было догадаться: произошло чрезвычайное происшествие, потребовавшее присутствия первых лиц.
Началась специальная операция возле шведского посольства— последняя в жизни начальника штаба Группы «А» Анатолия Николаевича Савельева.

ПРЕРВАННЫЙ ПРАЗДНИК
Короткий декабрьский день уже затерялся в наступивших сумерках, когда в 18 часов 50 минут на автостоянке около здания посольства Швеции (дом №60 по Мосфильмовской улице) в Москве высокий мужчина в шапке-маске, угрожая оружием, взял в заложники торгового советника Яна-Улофа Нюстрема. Захват произошел в тот момент, когда швед находились в машине «Вольво 343». Неизвестный, мужчина 28 30 лет, представился Андреем и выдвинул условия: 3 миллиона долларов наличными и самолет для вылета за границу, а страну он сообщит только пилотам.
В 20 часов 05 минут горячая информация о ЧП была доложена командиру «Альфы» Александру Гусеву. Через пять минут подразделение было поднято по тревоге. Одним из первых на месте захвата оказался начальник штаба Группы «А» полковник Анатолий Николаевич Савельев. Он вступил в переговоры с террористом, предложив обменять себя на шведского дипломата, удерживаемого преступником в автомобиле «Вольво». С этого момента отсчет его жизни пошел на часы и минуты.
«Для меня и всех тех, кто его знал, — пишет в книге «Альфа» — моя судьба» Герой Советского Союза генерал-майор Зайцев Геннадий Николаевич, — смерть Анатолия Николаевича стала большой душевной травмой. Он прослужил в нашем подразделении с момента его создания, пройдя путь от рядового сотрудника до заместителя командира и начальника штаба. Прошел Афганистан и все горячие точки на территории «перестроечного» Советского Союза. Освобождал заложников в Будённовске, Первомайском, а вот погиб в Москве, во время одного из своих наиболее любимых праздников — Дня чекиста. Незадолго до смерти Анатолий Николаевич говорил мне, что хочет прослужить еще полтора года и, доведя свой «альфовский» стаж до 25 лет, выйти в отставку. Судьба распорядилась иначе».
Двухдверная «Вольво» с зажженными фарами сиротливо стояла во дворе здания с тремя большими коронами на фасаде, багажником к стене. Для связи шведы передали террористу мобильный телефон. Как значится в официальном отчете, в 20 часов 20 минут находившийся на боевом дежурстве 2-й отдел Управления «А» во главе с начальником 3 го отделения майором В.К. Вороновым выехал в район ЧП на Мосфильмовской улице.
Двадцать минут, и бойцы оказались на месте. К этому моменту там уже находились командир «Альфы» А.В. Гусев, его первый заместитель генерал-майор А.И. Мирошниченко и А.Н. Савельев. Развернул работу штаб Департамента по борьбе с терроризмом, приступивший к разработке планов проведения специальной операции. Бойцы с винтовками залегли и на крыше проходной посольства, осуществляя визуальный контроль.
Помощник командира «Альфы» подполковник А.С. Алешин и помощник начальника штаба ДБТ ФСБ России подполковник И.В. Шагин под видом сотрудников посольства Швеции вступили с террористом в переговоры. По ходу беседы они зафиксировали у него гранату Ф-1 и пистолет типа ПМ.
В 22 часа 50 минут с террористом по радиотелефону связался генерал-лейтенант Дмитрий Герасимов, представившийся сотрудником МВД. Савельев несколько раз с поднятыми руками подходил к автомобилю как «работник МИДа». Облокотившись о крышу, он общался с сидящими в «Вольво» через опущенное стекло.
В 23 часа ему удалось убедить человека в маске обменять торгового советника на другое лицо, предложив себя в качестве заложника; по требованию бандита он снял куртку, пиджак и остался в одной рубашке: смотри, оружия нет.
23 часа 10 минут. Когда вышедший из машины заложник быстрыми шагами направился на территорию посольства, оцепленную сотрудниками «Альфы», Анатолий Николаевич занял его место, оставшись один на один с террористом. Замена шведа на российского подданного превратила международный скандал во внутренний.
Угрожая оружием, преступник заставил Савельева пристегнуться ремнем безопасности, после чего накинул ему веревку на горло и привязал к подлокотнику сиденья машины. Тем временем, по толпе, собравшейся возле оцепления, где разместились фотографы и тележурналисты, тут же пошел слух: чекисты уже готовят сидящим в машине «адскую смесь» на основе коньяка и снотворного— сейчас, сейчас понесут.
…Уже на следующий день пресса позволила себе оскорбительные утверждения: «Полковник Савельев погиб от рук своих же подчиненных». Неудивительно, что эта версия получила широкое распространение, и многие до сих пор убеждены в ее достоверности. Сумятицу внесло «Независимое расследование» на канале НТВ. Было обещано расставить все точки над «i», однако вместо появилось возникло еще больше вопросов.
«У меня сложилось стойкое впечатление, — подчеркивает Геннадий Николаевич, — что авторам этой претенциозной передачи очень хотелось доказать: полковник ФСБ погиб не от сердечного приступа, а был застрелен сотрудниками «Альфы». Без тени смущения, ведущий «пытал» вдову нашего погибшего товарища, Наталью Михайловну Савельеву. Он очень надеялся услышать от нее обвинения, и, быть может, резкие и горькие слова в адрес сотрудников «Альфы».
Чего стоит такой эпизод, оставшийся за рамками вышедшей в эфир передачи. Ведущий этого «независимого расследования» г-н Николаев предложил Наталье Михайловне… «занять место мужа» на переднем сиденье автомобиля «Вольво», стоявшего тут же в студии. Мужественная женщина отказалась участвовать в этой постыдной инсценировке.
— Ну, хотя бы встаньте рядом, — настаивал Николаев.
— Я сейчас встану и уйду вообще, — последовал твердый ответ.
Заказ есть заказ. Что до таких понятий, как мораль, нравственность и порядочность, то они, видимо, у многих нынешних телевизионных журналистов не в чести. Ну, Бог им судья»,— замечает командир «Альфы».
Помните, в те же дни многие задавались вопросом: должен ли был руководитель такого уровня рисковать собой и непосредственно участвовать в операции? Вопрос прямой, требующий такого же ответа. Чтобы ответить на него, необходимо было знать самого Анатолия Николаевича, его характер и то, что официально называют «послужным списком».
— Как я потом узнала, ребята его побаивались, — говорит Наталья Михайловна Савельева, — но он не раз их выручал. Ведь по возрасту они были ему как сыновья, и Толя всегда их понимал. Незадолго до трагической развязки, в том же декабре 1997 го, именно он пошел в самолет, в котором находился террорист, угрожавший взорвать лайнер. Переодели его в униформу служащего аэропорта. Муж обезвредил террориста. Бомба, к счастью, оказалось муляжом. Но кто это знал? Кадры задержания я смотрела по телевизору… Он везде и всегда брал ответственность на себя.
В последние годы жизни мужа у меня возникало предчувствие: что то должно с ним произойти. Такие перегрузки, что достались ему, могут надорвать любое, самое здоровое сердце. Жизнь его по интенсивности вмещала в себя несколько жизней, — он всегда находился на переднем крае, на острие судьбоносных для нашей страны событий последних лет.

ДОБРОВОЛЕЦ
Анатолий Николаевич Савельев родился 25 апреля 1946 года в центре Москвы. Имя ему дали в честь дяди-танкиста, героически погибшего в годы Великой Отечественной войны. В 1961 году он окончил восемь классов средней школы №6 и поступил в Московский авиационный техникум имени Н.Н. Годовикова, который окончил в 1965 году.
По словам Г.Н. Зайцева, который сам рос в предельно аскетических условиях, у Савельева было крайне трудное детство. Самым близким своим человеком он считал бабушку, называл ее «мамой»; она воспитала его, и до конца ее дней Анатолий Николаевич «относился к ней с душевным трепетом и теплотой».
— Муж мне рассказывал, — делится воспоминаниями Наталья Михайловна, — что с юности он занимался самообразованием; много читал, и рано увлёкся театром. Нищета была страшная. Бабушка, у которой он жил, все силы отдавала, чтобы обеспечить скудный семейный достаток.
Познакомились мы с ним в походе. Мне было семнадцать лет, а Толя на четыре года старше. Через три дня его забрали в армию. Он мне часто писал, а я ему отвечала. Когда вернулся, первым делом зашел ко мне, а уходя — попросил разрешение прийти снова. Появился на следующий день и… сделал мне предложение. Я ответила не сразу, сомневалась в своих чувствах к нему, присматривалась. Однажды, это было 8 го Марта, он не пришел меня поздравить, хотя всегда отличался пунктуальностью, был внимательным и заботливым. Я поехала к нему узнать, что случилось. Оказалось, у него заболела бабушка; он бегал по аптекам, сидел с ней, менял белье. Помню, я поразилась такому трогательному отношению и подумала: «Если он так к ней относится, то и ко мне будет внимателен». Тогда-то я и решила выти за него замуж. Только через пять лет поняла, что люблю его по настоящему. Начались будни офицерской жены.
…Вообще Толя сам решил, что будет работать в КГБ. И это при том, что в анкете он написал: «Мать — совместно не проживаю, отец — прочерк; вторая бабушка по матери — немка — репрессирована». При такой-то анкете хотел работать в КГБ!
В армию его забрать не могли, так как он являлся единственным кормильцем в семье. Но он написал заявление, понимая, что только после службы сможет попасть в КГБ. Попросил каких то тетушек приглядывать за бабушкой и пошел в военкомат… После того, как мы поженились, он год проработал в одном из столичных НИИ и одновременно учился в педагогическом институте.
Из личного дела узнаем, что в 1971 году решением Тимирязевского райкома ВЛКСМ техник первой категории НИИ электронно-вычислительной техники Анатолий Савельев был рекомендован в органы государственной безопасности и зачислен курсантом в спецшколу №401 КГБ СССР. После ее окончания в 1972 году прапорщик Савельев был направлен на службу в 7-е управление КГБ СССР.
В 1974 году в структуре этого управления создается особо секретное подразделение — Группа «А», призванная бороться с террористами. Анатолий Николаевич оказывается в первом наборе.
Он немного заикался. Чтобы не произошло осечки, Савельев устроил подлог: вместо себя на медицинскую комиссию послал другого человека. Авантюра чистой воды, однако она удалась и никто не заподозрил обмана. Хотя достаточно было сверить фотографию в паспорте с «оригиналом», пришедшим к врачам: худенький, в очках с толстыми линзами, но зато с отменной дикцией, — лже-Савельев явно не походил на настоящего — крепко сложенного, весившего девяносто килограммов.
Отправляя приятеля на медкомиссию, Анатолий Николаевич провел инструктаж: «Открой паспорт сразу на странице с фотографией. Уверен, что врач и не посмотрит, тот ли человек перед ним или нет. Бери напором». Удивительно, но план этот сработал, и Анатолий Савельев стал сотрудников Группы «А».
«Отчетливо помню нашу первую встречу, — вспоминает Г.Н. Зайцев, — в 1977 году, когда я был назначен командиром подразделения. Савельев в это время находился в служебной командировке. Он проходил стажировку в Рязанском воздушно десантном училище. Вот он вошел в кабинет — в форме десантника, крепкий и ладный. Представился. Показал свидетельство, сказал, что теперь он может самостоятельно проводить инструктаж по прыжкам с парашютом».
Его называли «упертым» человеком. Настоящий боец, кандидат в мастера спорта по боксу. Поставленной перед собой цели он обязательно добивался. Будучи сотрудником Группы «А», Савельев получил два высших образования: в 1976 году окончил физико-математический факультет Московского государственного педагогического института, а в 1983 году «вышку» — Высшую школу КГБ имени Ф.Э. Дзержинского. Оба образования очень удачно сочетались в его последующей деятельности на посту начальника штаба «Альфы».
Боевик с педагогическим образованием— совершенно не типичное явление. Но сам по себе Савельев был явлением. Спецназовец-романтик. Но были у него университеты и иного рода, в которых каждая «дипломная работа» — успешно проведенная боевая операция. Об одних скупо сообщала советская пресса, другие оставались под грифом «совершенно секретно». Только после 1991 года страна узнала, кто в том или ином месте освобождал заложников и уничтожал террористов. Об «Альфе» заговорили повсюду. И, конечно, штурм дворца Амина, беспрецедентный по мужеству и дерзости, навсегда ставший визитной карточкой подразделения.

НЕТИПИЧНЫЙ БОЕВИК
Анатолий Савельев воевал в Афганистане три раза. Две последние командировки пришлись на так называемые боевые стажировки, когда по приказу Председателя КГБ через эту горячую точку «прокатали» весь личный состав Группы «А» — в составе десантно-штурмовых маневренных групп (ДШМГ) «зеленых фуражек». Его боевые командировки в эту страну отмечены двумя орденами Красной Звезды. В составе «Грома» 27 декабря 1979 года он осуществлял «второй этап Апрельской (Саурской) революции». Впрочем, в штурме дворца Амина, как ошибочно сообщалось в прессе, не участвовал. И не потому, что находился в резерве. Просто перед старшим лейтенантом Савельевым была поставлена другая цель — штаб ВВС в Кабуле.
«Он был профессионалом высокого класса, об этом говорят не только многочисленные награды, но и особо ценимый коллегами талант — избегать лишних жертв, не стрелять, когда нет необходимости», — напишет позднее автор одной газетной публикации, а продолжит так: «Даже в Кабуле свой объект он взял без единого выстрела. Правда, те, кто брал дворец Амина и прочие объекты с особыми «шумовыми» эффектами, стали героями, а Савельева высоким званием тогда обошли».
К сожалению, словоблудие — отличительная черта многих, кто берется писать на тему безопасности, подменяя историческую правду и бережный подход к героям «шумовыми» эффектами, словесными прыжками и ужимками.

Окончание 1-й части – тут:

Вторая часть очерка «На острие судьбы» – тут:

Фотогалерея: