Однако рана на ноге никак не заживала, более того – начала дальше воспаляться, гноиться и чернеть в области ногтевых фаланг. Перебитые сосуды ноги меньше поставляли с кровью живительных веществ стопе. Появилась опасность возникновения гангрены – самой страшной болезни в полевых условиях, тем более, в зимнее время и в гористой местности. Следующим этапом лечения могла быть только хирургия – ампутация конечности. Доктор тоже намекал на такой неблагоприятный исход. Он прямо сказал:
– Товарищ командир, терапия бессильна в подобных случаях. Спасти может только хирургия. Других вариантов не вижу.
Тяжело было сознавать такой финал тридцатилетнему майору…


* * *
Но время поджимало.
Надо было продвигаться в сторону Скицова и Братиславы, несмотря на облавы карателей, спорадические стычки с ними и занесенные глубокими снегами горные перевалы.
Снегов в то время было так много, что порой казалось – отряд не доберется до места назначения, завязнет в белой непроходимости и будет дожидаться весны, а может, и замерзнет в снежном безмолвии. Это было внутреннее состояние человека, обусловленное реальным бедствием, отрицательно окрашенным эмоциональным процессом с точки зрения психологии, а если сказать проще – появился страх. Его пытался прогнать долг перед соратниками по оружию, Центром и Родиной.
Сознание же долга, привязывающее человека к его обязательствам, есть не что иное, как сознание высшего интереса, который одерживает в нем верх над интересами низшего порядка – страхом, ленью, ложью, необязательностью.
Зорич понимал, что чем раньше они достигнут «оперативной точки» – базы, откуда будут наносить по противнику удары своим специфическим оружием, тем легче будет Красной Армии, тем меньше у неё будет потерь. Это было не праздное словоблудие, а чистое патриотическое желание, выстраданное и выстоянное в душе, не оскверняемой сделками с совестью.
Человек на войне создан для действия, но при этом лучше думать перед тем, как действовать, чем после. Даже обращение к богу через молитвы и небеса не помогает людям, которые бездействуют и уповают на случай.
Недаром говорится, что единственное в мире, что имеет ценность, – это деятельная душа, направляемая словом на дело, ибо слово – тень дела, образ дела. Если что можно доказать делом, то на это незачем тратить слова.
Впереди группу Зорича ждали большие дела.

Фотогалерея: