В ПРИЦЕЛЕ «ГОРЯЧЕЙ ОСЕНИ». Сегодня день гибели офицера Группы «А» Геннадия Сергеева
Автор: Ольга Егорова

Не нужно напоминать, что «Альфа» славна своими героями — и теми, кто здравствует, и теми, кто погиб, до конца выполнив свой долг. Их имена навсегда вписаны золотыми буквами в историю отечественного спецназа . Среди них имя младшего лейтенанта Геннадия Сергеева занимает особое место. Он погиб фактически на переломе эпох, полыхнувших в столице локальной гражданской войной, и стал в подразделении первым Героем Российской Федерации.

«Вспоминаю всё самое хорошее»
В 1993 году Борис Ельцин пообещал « горячую осень ». И она действительно выдалась такой, горячей от танковых залпов, когда прямой наводкой был расстрелян непокорный Дом Советов, и — кровавой.
До этого в Группе «А» было трое «двухсотых».
В декабре 1979 го при штурме дворца кровавого диктатора Амина в Кабуле пали смертью храбрых капитаны Дмитрий Волков и Геннадий Зудин.
1 августа 1993 года в Тарском ущелье — это зона осетино-ингушского конфликта — вместе со своим напарником принял неравный бой, прикрывая вице-премьера России Виктора Поляничко и сопровождавших его лиц, старший лейтенант Виктор Кравчук — офицер свердловской «Альфы».
И вот четвертая невосполнимая потеря… И где? Практически в самом центре Москвы, на Красной Пресне. Тогда это казалось немыслимым, невозможным. Ведь в августе 1991 года удалось избежать большой крови. Казалось, и этот «момент истины» будет разрешен политиками мирным путем без военно-шоковой «терапии». Нет, чуда не произошло. Криминально-олигархическому режиму и группам его поддержки нужно было одним ударом покончить с двоевластием, и антиконституционные действия не замедлили быть.
Так, оказавшись на лезвии острейшего политического кризиса, оперуполномоченный 1 го отдела Группы «А» Геннадий Сергеев, спасая раненого десантника (имя его нам неизвестно), стал Героем России. Как своего рода символ той роли, которую, без какой либо подготовки, на импровизации, довелось отыграть подразделению. Приказ был выполнен, но по своему. Без крови.
До Сергеева в Группе «А» кавалерами высшей награды страны стали Виктор Фёдорович Карпухин (1980 г.) и Геннадий Николаевич Зайцев (1986 г.). Но то были награды страны, ставшей к тому моменту уже безвозвратной историей. Хотя формально, юридически она была ликвидирована в декабре 1991 года, после Беловежского сговора, но в виде Съезда народных депутатов России и Советов на местах просуществовала до расстрельного октября 1993 го и умерла, по сути, насильственной смертью.
В те страшные для всех неравнодушных людей дни Лена Сергеева, жена погибшего офицера Группы «А», вела дневник. Каждый, кто оказывается в состоянии сильнейшего эмоционального потрясения, интуитивно сам находит способ или возможность приглушить горе. Кто то ломается, а кто то выдерживает испытание. И тогда остаются такие пронзительные строки…
«Пятница. Похороны. К одиннадцати часам поехали на панихиду. Рядом со мной сестра и Марина Окунькова. Входим в «шестигранник» (Ритуальный зал на Пехотной улице — О. Е.). Глаз стараюсь не поднимать, боюсь, что не выдержу. Смотрю в гроб, вижу мужа, совсем еще молодого. Обескровленное, бледное лицо, волосы ежиком, ресницы плотно закрыты, нос прямой, тонкий, застывшие губы. Лицо спокойное, волевое, не искаженное болью. Гена в своем любимом костюме — «двойке» в полоску и в белой рубашке. Кладу руку на лоб. Лицо очень холодное, застывшее. Провожу рукой по пушистым Генкиным волосам, вспоминаю все самое хорошее, что связывало меня с любимым мужем.
Вспоминаю его добрую улыбку, упрямый взгляд, характер. После его смерти во мне что то перевернулось. Я стала смотреть на мир совсем другими глазами. Я горжусь тобой, мой муж. Цветов было море. Нежные цветы, положенные в гроб, вянут прямо на глазах.
Сашок смотрит на папу, не отрываясь, тяжело вздыхает. После прощания поехали к дому, народу очень много, человек сто пятьдесят. Пришли сослуживцы, друзья, одноклассники, директор школы, где Гена учился. На кладбище гроб несли под музыку очень медленно. Подходим к могиле. А погода стоит прекрасная, светит солнце, еще так недавно мы гуляли вместе в парке. Говорили очень много хороших слов, сказал несколько слов и священник. В руке у каждого горела поминальная свеча. Стали прощаться. Я поцеловала последний раз своего мужа в холодный лоб и запомнила навсегда дорогие черты, все морщинки на застывшем лице. Гроб опустили в могилу, троекратный салют из автоматов дал особый караул Кремлевского полка. Так закончилась церемония погребения. Солдаты маршем, под оркестр, прошли около могилы».

Последняя осень
Геннадий родился в Москве 17 августа 1964 года. Отец, Николай Семёнович, работал недалеко от Рогожской заставы на знаменитом металлургическом заводе «Серп и Молот», в литейном цеху.
Фронтовик. Гвардии старший сержант. Войну встретил на западных рубежах страны, а до этого прошел финскую кампанию. Сражался в составе 11 го Гвардейского танкового корпуса. Трижды был ранен, дважды — тяжело, четыре раза горел в танке. Был отмечен орденами Отечественной войны I степени, Красной Звезды, медалью «За отвагу» и другими наградами. Войну закончил в поверженном Берлине.
Последняя запись в трудовой книжке — «вальцовщик горячего проката», простой металлург и при этом рабочий высокой культуры и твердых принципов. Не пил и не курил. Жизнерадостный, подвижный. И даже в госпитале, куда Николая Семёновича привезли фактически умирать, поднявшись на ноги, он не мог усидеть в палате и удивлял врачей своим зарядом энергии, общительностью. Умер во сне 8 сентября 2005 года… В последний путь от Сообщества Группы «А» его провожал вице-президент Сергей Поляков.
Мама — Агриппина Дмитриевна. Труженик тыла и ветеран труда. Работала в НИИ графита на опасном производстве, в рентген-лаборатории. Сама из многодетной семьи, после войны приехала из Рязанской области, своей малой Родины, на восстановление столицы, да так в Москве и осталась. Вместе с мужем она воспитала троих детей: Валерия, Нину и Геннадия.
Характерный момент: после выхода на пенсию Агриппину Дмитриевну пригласили на должность заведующей ведомственной гостиницей НИИ графита, зная ее честность и принципиальность.
…Гена рос физически крепким, развитым парнем — рост метр восемьдесят пять. Учился в средней школе № 421 (ныне Центр образования № 1852), в районе Перово. К спорту его приучил отец, в прошлом боксер-любитель, а позднее преподаватель физкультуры — Владимир Викторович Каштуров.
— У нас он был классным руководителем, — рассказывает Елена Сергеева. — Очень деятельный был человек, все свои силы отдавал школе. Когда в 1990 году его избрали директором, наша alma mater буквально преобразилась. И скончался он в ее стенах. Скоропостижно… инсульт. Можно сказать, на боевом посту. Как наш вице-президент Ассоциации «Альфа» Владимир Николаевич Ширяев. Об этих незаурядных людях у меня остались самые теплые воспоминания.
После школы Геннадий поступил в техническое училище № 38. Окончил его в 1982 году по специальности «монтажник радиоаппаратуры и приборов». Армию отслужил в спортивной роте, дислоцированной в Коврове Владимирской области. После демобилизации работал в столичном НИИ «Импульс».
14 июня 1986 го возникла новая семья — первая школьная любовь переросла в крепкие семейные отношения, среди гостей на свадьбе был и любимый учитель Владимир Каштуров.
А в декабре 1987 го у Сергеевых родился сын Саша.
На работу в органы государственной безопасности Геннадий пошел по собственному желанию, в 1986 году, и был определен в 15 е Главное управление, отвечавшее за спецобъекты и подземную Москву.
Однако Геннадию, кипучая натура которого жаждала другой деятельности, хотелось боевой работы для «настоящих мужчин». Так, незадолго до развала Союза он оказался в легендарном разведывательно-диверсионном спецподразделении «Вымпел» Первого Главного управления Комитета госбезопасности.
В этом ему поспособствовал Александр Михайлович Платонов — муж старшей сестры Нины, в прошлом пограничник, ныне полковник ФСБ в отставке. Вообще, это у них семейное: сама Нина является офицером ФСБ запаса. Геннадий всегда брал с них пример, мечтая обеспечивать безопасность страны. Так же он равнялся на старшего брата Валерия, проработавшего многие годы в системе связи.
Старый «Вымпел» по праву называют спецназом Холодной войны. Он был предназначен для действий мелкими группами в тылу НАТО в «особый период». Новой мировой войны, к счастью для всех, не случилось, и «Вымпел» использовали не по прямому назначению, в том числе в горячих точках на территории Советского Союза.
Сергеевы жили тогда недалеко от метро «Шоссе энтузиастов», оттуда до Балашихи, где расположена база «Вымпела», Геннадий добирался на автобусе.
— Гена, ну как тебе служится в «Вымпеле»? — однажды поинтересовалась Лена у мужа, который не распространялся о работе. — Тебе нравится? Расскажи.
— Вообще то, да. Лучше, чем в пятнадцатом главке. Но что то не то, понимаешь…
По ее словам, муж очень переживал по поводу распада Советского Союза. Человек он был открытый и неравнодушный к судьбе своей страны.
В январе 1992 года, успешно сдав все нормативы и тесты, пройдя собеседования, Сергеев был зачислен в состав Группы «А». К тому времени она, будучи выведена из структуры Министерства безопасности, организационно входила в состав Главного управления охраны (ГУО) России.
Здесь, в подразделении, Геннадий нашел себя. Все соответствовало его духу и устремлениям — задачи спецподразделения, связанные не с диверсиями, а освобождением заложников, отношения в коллективе, взаимовыручка, командный подход. С середины 1980 х страну стала накрывать волна террора, так что работы для Группы «Альфа» хватало.
Спортивный, собранный и подтянутый, исполнительный и добросовестный, отличный стрелок, каратист — таким Геннадий Сергеев запомнился товарищам и командирам. Набирался опыта, неоднократно участвовал в оперативных мероприятиях.
— Муж был настоящим фанатом спорта, — улыбается Лена. — В любую погоду, будь то дождь или снег, или после праздника, ровно в семь часов утра он обязательно отправлялся на пробежку в лес. Там подтягивался на турнике, делал растяжку. И — домой. Этому своему каждодневному правилу Гена старался не изменять.
А еще он мечтал учиться. В сентябре 1993 го поступил в Академию Министерства безопасности РФ. Характерна тема сочинения, которую он выбрал: «Всякий человек по делу узнается».
…То воскресенье Геннадий, как обычно, начал с пробежки и зарядки в лесу. Вернулся домой часов в двенадцать. Решили все вместе прогуляться в Измайловском парке — с самого утра горожан радовала чудесная погода. Светило солнышко, сухие листья шуршали под ногами… Лена с мужем сидели на лавочке и наблюдали за пятилетним Сашкой, который, играя, бросал в озеро камушки.
Вдруг Гена заторопился домой и сразу же включил телевизор. Услышав горячие новости, собрался на работу, несмотря на отпуск. Поцеловал жену: «Давай попрощаемся». Надел свою старую кожанку, теплый свитер, кроссовки. Уходя, сказал: «Если меня убьют, все мои вещи отдашь сыну». Лена разволновалась не на шутку, сдерживалась еле еле, чтобы не расстраивать мужа.
И потянулись тревожные сутки…
Далее читать и комментировать – тут:

Фотогалерея: