Фонд борьбы с русофобией | Антимайдан | 20.08.2016 в 05:36
Кто не дал Апрелю стать Октябрем?

После уничтожения СССР на Украине шаг за шагом складывалась крайне неэффективная и несправедливая система. Помимо общей для всей страны экономической задавленности трудового народа со стороны буржуазии и чиновников, возникла эксплуатация и национально-культурное угнетение восточных регионов страны. В результате, образно говоря, из 4-х гривен народ исторической Новороссии отдавал Киеву три, а оставшуюся одну пилили местные олигархи и чиновники. Это дополнялось культурно-идеологическим абсурдом. Когда в Луганске или в Донецке никто, кроме телевизора, на «мове» не говорил, власть упорно проводила политику насильственной украинизации: число русских школ сокращалось, получение высшего образования и делопроизводство на русском языке сворачивались. Наряду с этим шло возвеличивание бандеровщины и умаление подвига Красной армии во время Великой Отечественной войны.

Во время майдана и бандеровского переворота в Киеве национальный вопрос и антисоветизм на Украине приобрели погромно-террористический характер. В этих условиях, когда решался вопрос не только сохранения русской и советской идентичности, но и физического выживания ее носителей, трудовой народ Донбасса стал последним редутом, о который разбилась волна озверелого украинского шовинизма. При этом кто осознанно, кто интуитивно из оппозиционных донбасских активистов понял, что выжить и сохранить себя как народ невозможно без решения социальных проблем, без отказа от опостылевшей всем власти олигархов и буржуазных отношений вообще. Именно этот смысл закладывало большинство людей, когда произносило лозунг «русская весна». Не угнетать другие народы хотели эти русские, не заставлять их жить по своему приказу, а защититься от бандеровских и олигархических паразитов стремились они. И следуя этому порыву, пришедшие к власти донбасские революционеры в Декларации о суверенитете записали знаменательные слова:

«Республика гарантирует равные права и свободы всем проживающим на её территории гражданам, независимо от их национальности, социального происхождения, политических убеждений, отношения к религии.
Народ Донецкой Народной Республики имеет исключительное право собственности на землю, её недра, воздушное пространство, водные и другие природные ресурсы, находящиеся в пределах территории Республики.
Экономический и научно-технический потенциал, созданный на территории республики, является её собственностью, материальной основой суверенитета и используется в интересах ее граждан.
Предприятия, учреждения, организации и объекты других государств, международных организаций могут размещаться на территории Донецкой Народной Республики и использовать её природные ресурсы только в соответствии с Конституцией и законами Республики.
Республика обеспечивает условия для свободного развития и защиты конституционно признанных форм собственности, которые исключают присвоение результатов чужого труда, при приоритетном значении коллективных форм».
Надоела реклама? Улучшите аккаунт всего за $ месяц!
Последнее положение выразило ту же мысль, которая была зафиксирована в свое время Сталинской конституцией: «Наряду с социалистической системой хозяйства, являющейся господствующей формой хозяйства в СССР, допускается законом мелкое частное хозяйство единоличных крестьян и кустарей, основанное на личном труде и исключающее эксплуатацию чужого труда» (статья 9).

Итак, вектор развития новых государств был четко определен: отказ от частной собственности и равенство граждан. Это было так неожиданно много, что взбудоражило и озадачило олигархию и российскую власть, но оставило без внимания деградирующее левое движение России. Промайданные левые России увидели многое – монархиста Стрелкова, власовские флаги, приехавших защищать народ Донбасса националистов (кстати, не предавших свой народ, в отличие от коммунистов), но только не увидели (или не захотели увидеть?) этот призыв, зафиксированный Народным советом республики.
Они восхищались самоуправлением майданных сотен, состоящих по большей части из шовинистически настроенных мелкобуржуазных слоев, но почему-то не заметили вооруженные отряды рабочих Горловки, созданные под руководством Филиппова, в Зугресе и Донецке – под руководством рабочего с позывным «Довольный», вооруженное ополчение территориальных громад Славянска и Краматорска, тоже формировавшееся из рабочих до прихода туда Стрелкова.
Особенностью революции на Донбассе стал ее стихийный и действительно общенародный характер. И в Донецке, и в Луганске, явочным порядком стали выстраиваться институты новой государственности с помощью форм народной демократии, близкой к системе советов.

В начале апреля 2014 г. на собраниях и митингах городов и поселков Донецкой области было избрано полторы тысячи делегатов на съезд трудовых коллективов, территориальных громад и общественных организаций. В связи с тем, что рабочие большей части предприятий Донецкой области с осени 2013 года находились в неоплачиваемых отпусках, то, как такового, движения в трудовых коллективах не возникло и формально делегаты представляли территории.Съезд собрался 7 апреля в Донецке и на нем из его состава был избран Народный (позже Верховный) совет ДНР в количестве 86 человек, который принял Декларацию о суверенитете ДНР и Акт о провозглашении государственной самостоятельности ДНР.
Выборы в Верховный совет ЛНР также осуществлялись через сходы граждан в территориальных общинах. 26 апреля 2014 г. в городах прошли общие собрания жителей, на которых выбрали делегатов на съезд представителей территориальных громад, политических партий и общественных организаций, который в течение недели принял проект декларации о государственной самостоятельности и вынес этот вопрос на референдум. До конца мая также проходили собрания жителей по городам и селам, на которых люди выбирали представителей от населенных пунктов.Те в свою очередь уже в Луганске на втором съезде из своего состава выбрали делегатов первого созыва Верховного совета ЛНР.

Парадоксально, но до 2 ноября 2014 г. на всей территории бывшей Украины Верховный совет ЛНР и Верховный совет ДНР являлись единственными законными органами власти, так как формировались в основном территориальными громадами, наделенными статьями 140-142 конституции Украины особым статусом. Конечно, громады прямо не могли избирать верховную власть, но в условиях государственного переворота они являлись единственным источником легитимности.
Однако новая власть Донбасса, в силу военных обстоятельств, а также неготовности или нежелания многих ее представителей эффективно осуществлять свои полномочия, оказалась настолько слаба и наивна, что легко поддавалась различным советам ставленников местного олигархата и предложениям из Москвы.

Первый этап слива революции – это ловкая манипуляция Пушилина. Суть ее заключалась в том, что он, позиционируя себя человеком с хорошими связями в Москве, и обещая, что она «нам поможет», вселил во всех депутатов надежду, что некая спецкоманда управленцев из Москвы наладит государственное управление в ДНР и все пойдет, как по маслу.
И такая команда – команда политического авантюриста А. Бородая вскоре прибыла. Далее депутатов Верховного совета уговорили никому незнакомого Бородая избрать руководителем правительства. Объяснение при этом было простое: «Москве нужны гарантии». Тут же условились, что по будущей конституции исполнительная власть будет подотчётна парламенту. Однако, со временем выяснилось, что это был ловкий маневр по дезориентации депутатов.
Бородай вел себя нагло. На заседания Верховного совета являлся в окружении бойцов, вооруженных автоматами и пулеметами, скорее всего, намекая народным избранникам не только на свои полномочия, но и на возможные санкции для тех, кто посмеет усомниться в них.

Действовал свежеиспеченный премьер грамотно и напористо. С одной стороны, формировал вокруг себя команду из таких преданных ему людей, как Литвинов, Пургин, Баранов и др. С другой, – начал давить потенциальных конкурентов и революционно настроенную оппозицию в рядах депутатского корпуса. Он провёл целую пиар-компанию по дискредитации Пушилина, тем более что тот и сам себя к тому времени дискредитировал. На заседаниях ВС ДНР Бородай рассказал депутатам о якобы особом налоге на банки, введенном Пушилиным, об отжиме им и его другом Ричардом различных предприятий и других махинациях и требовал убрать Пушилина с должности, мотивируя это тем, что к нему много вопросов у правоохранительных органов ДНР и РФ. Однако доказательств преступной деятельности Пушилина депутатам Бородай так и не представил иэто еще больше вызывало сомнения в искренности его намерений.
По началу, контрреволюционной деятельности Бородая и Пургина серьёзное сопротивление оказывал В. Макович, занимавший пост заместителя председателя парламента. Однако вскоре он был арестован людьми Л. Баранова и попал в его тайный подвал, организованный в Макеевке.Обвинения ему никакого так и не предъявили. Остается только гадать, что явилось поводом для его ареста. Скорее всего, – жажда Бородая подчинить себе Верховный совет, ибо с избранием Литвинова Маковича сразу же отпустили.

Надо признать, что Макович, будучи хорошим оратором, оказался посредственным управленцем. Он не вполне разбирался в круге тех проблем, в которые погрузился Донбасс, зачастую откладывал любые законопроекты, которые не мог понять. Бывали случаи, когда комитеты Верховного совета часами ожидали появления вице-спикера.
Испугавшийся Пушилин больше месяца не являлся на заседания ВС ДНР, и, воспользовавшись этим, с подачи Бородая председателем парламента избрали опытного аппаратчика Литвинова, бывшего до этого управделами Верховного совета. Хороший управленец Литвинов стал надежной опорой и прикрытием команды премьера.

Далее
Фотогалерея:
Добавь эту новость в закладки: