РОССИЯ - ВЕЛИКАЯ СТРАНА | 03.07.2016 в 01:30
Несостоявшаяся Чернороссия Миклухо-Маклая

Те, кому довелось поучиться в советской школе, наверняка помнят об отважном русском ученом, проведшем несколько лет среди дикарей-людоедов Новой Гвинеи и Океании, ставшем их другом и защитником от европейских расистов-империалистов. Жизнь, полная приключений, выдающиеся достижения в антропологии, географии, ботанике, зоологии, этнографии сделали это имя одной из международных «визиток» нашей науки. Этнографы многих стран отмечают день рождения Николая Миклухо-Маклая — 17 июля — как свой неофициальный профессиональный праздник. Так почему же, спрашивается, аборигены съели Кука и (в середине XX века) американского этнолога, банкирского сына Майкла Рокфеллера, а вот русского Миклуху в свое время полюбили как родного?

Инструкция по выживанию

Захватывающие истории о том, как белому ученому выжить среди темнокожих людоедов, подружиться с ними, принести пользу и им самим, и мировой науке, Николай Николаевич рассказал в собственных книгах. Не доверять им нельзя, ведь автор всей своей судьбой подтвердил правдивость написанного.

Итак, что нужно делать, когда вас окружили дикари, направив в вашу сторону копья и луки, а выхватывать пистолет вы принципиально не желаете? Следует разуться, скинуть куртку и, подложив ее под голову, лечь спать. Туземцы сочтут, что вы бессмертный, поэтому с почтением станут охранять ваш драгоценный покой. Но если — когда вы уже подружитесь, освоите речевое общение — кого-то все же озарит вопрос: «А взаправду ли ты бессмертный?», ответить на него несложно: «Брось в меня копье и проверь». После этого простодушный папуас положит свое метательное оружие на землю и низко склонит перед вами голову.

Впрочем, чтобы поступать по рекомендациям данного «пособия», нужно быть «сумасшедшим русским». Именно так величали Миклуху европейские коллеги и журналисты западных газет. Обитатели гвинейского побережья полюбили его не только за полезные советы и дары цивилизации, но и за открытую, честную душу. Называли «тамо-рус», «русский человек». А еще — «караан-тамо», «лунный человек», после того как кто-то из туземцев был напуган ослепительным светом фальшфейера, который он зажег на морском берегу.

Бессмертный русский лунатик запретил им есть друг друга и идти войной на соседние селения. Однажды, когда назревало очередное столкновение, тамо-рус налил немного спирта в тарелку с морской водой, а затем, чиркнув спичкой, запалил и предупредил грозно: «Будете воевать, я подожгу море». Мир был немедленно восстановлен.

Фон Макуха

Природная и научная честность, гуманизм и бесстрашие плюс здоровое честолюбие и изрядная доля авантюризма — эти качества отменно уживались в маленьком человеке с огромной бородой. Все, кто знал Миклухо-Маклая в зрелом возрасте, включая двух российских императоров, так или иначе подпадали под влияние его внутренней силы.

Родившийся 5 (17) июля 1846 года в семье военного инженера-железнодорожника в своем имении на Новгородчине, Коля рано потерял отца, узнал, что такое бедность. Громкая фамилия — возможно, результат сдвоенного семейного мифа. Предком по отцовской линии был стародубский казак Степан Макуха (Миклуха) из рода потомственных кузнецов. Упоминался в преданиях и Охрим Миклуха, куренной атаман, который с тремя сыновьями под предводительством Богдана Хмельницкого воевал против поляков. Первенец Охрима Назар влюбился без памяти в польскую панночку и предал Родину. Ну а дальше — все по писаному: «Я тебя породил, я тебя и убью». Недаром, мол, дядя будущего этнографа учился в Нежинской гимназии вместе с Николаем Гоголем, неспроста портрет Тараса Бульбы стоял на письменном столе отца Миклухо-Маклая!

Вторая часть семейного триллера повествует о шотландском бароне Майкле Маклае, служившем наемником в польском войске и попавшем в плен к запорожцам в битве при Желтых Водах в 1648-м. Пойманный шотландец вроде как прижился в курене у Миклух, женился на Ганне, сестре Охрима. От этой пары и пошел род неутомимого исследователя. Первую свою научную статью он, студент Йенского университета, подписал двойной фамилией. Да еще и присовокупил к ней дворянскую приставку «фон». Звучало солидно!

Большого риска человек

Карьере ученого-дворянина предшествовало хождение в революционеры-нигилисты. Зачитываясь Чернышевским, гимназист Николай подражал Рахметову, воспитывал в себе презрение к боли, умение преодолевать собственные слабости. Получил трое суток за участие в студенческой демонстрации в 1861-м, а спустя три года уже в качестве вольнослушателя физмата Петербургского университета за активную роль в очередной буче был отчислен из вуза и лишен права учебы в России. На средства, собранные студенческим обществом, Миклуха уехал в Германию — тогдашний центр естественных наук.

Философия в Гейдельберге, медицина в Лейпциге и Йене, школа пропагандиста дарвинизма Эрнста Геккеля, несколько морских путешествий, изучение ракообразных, губок, полипов и всего такого прочего
Фотогалерея:
Добавь эту новость в закладки: